Русско-японская война и Первая русская революция стали предвестниками грядущих потрясений в России. Стремясь ослабить противника изнутри, японская военная разведка во главе с бывшим военным атташе в Петербурге Акаси Мотодзиро прибегла к финансированию радикальной оппозиции царскому правительству.
В 1904 году Акаси установил связь с руководством РСДРП. Денежные средства направлялись на печать и распространение нелегальной литературы, упрочение межпартийных связей, военно-техническую подготовку вооруженного восстания. Были налажены и прямые поставки оружия через Финляндию и Кавказ.
Акаси профинансировал оппозиционную конференцию в Париже, принявшую резолюцию о свержении самодержавия. Таким образом, либералы, эсеры, бундовцы, собравшиеся на «Съезде русской оппозиции», сами того не подозревая, выступали орудием японского шпионажа. Через год такая же конференция состоялась в Женеве.
«Когда Порт-Артур сдался, французы выражали нам соболезнования, а некоторые русские эмигранты поздравляли друг друга с победой японского оружия. Война с правительством заслоняла войну с Японией» (Тыркова-Вильямс А. «На путях к свободе»).
Ослабление центральной власти наряду с военными поражениями, в конечном итоге подтолкнули царское правительство к заключению невыгодного для страны Портсмутского мирного договора, зафиксировавшего утрату прежнего влияния России на Дальнем Востоке.
